Зариф Байгускаров: «Люди мне доверяют и я обязан сделать о чём они меня просят»

Решение помогать людям – из детства

 Зариф Байгускаров родился и вырос в небольшой деревне Кадырово Кугарчинского района Башкирии. С малых лет – верхом на лошади, помогал отцу, который работал пастухом.

– Я практически вырос на коне, – вспоминает Зариф Байгускаров. – Мы всегда работали: с утра до ночи в жару пололи свёклу на двух-трёх гектарах, рубили лес, заготавливали корма. Не помню, чтобы я когда-то отдыхал. Жили тяжело, нас было пятеро детей, зачастую нечего было есть. Самым вкусным был хлеб, который мы поливали водой и посыпали сахарным песком — это называли пирожным. Вот так выживали. Воспитание получил от отца — он воспитывал жёстко, но справедливо. До сих пор помню его слова: «Ты не имеешь права сидеть, когда старшие стоят. Если у тебя руки свободны, ты должен взять груз у пожилого человека и помочь донести». Эти элементарные вещи заложил во мне навсегда. Отец никогда не говорил: «Учись на пятёрки». Он говорил: «Хочешь учиться — учись, не хочешь — не учись. Но имей ввиду: если не будешь учиться, будешь таким же пастухом, как я или трактористом. Выбирай сам». Возможно, кто-то скажет, что это неправильное воспитание, но считаю иначе: я видел, как тяжело работает отец за небольшие деньги, и понял, что не хочу так работать. Я решил, что буду специалистом и буду стараться.

— Когда и почему Вы решили выбрать профессию юриста?

— Профессию юриста выбрал ещё в подростковом возрасте. Наш колхоз имени Максима Горького имел землю далеко от деревни — километров за сорок. В мае мы с отцом перегоняли туда скот и почти всё лето жили там в шалаше-будке. Сами готовили еду, пасли скот. Бывало, медведь задерёт корову, или она от болезни погибнет, тогда отцу по полгода и больше не платили зарплату — считалось, что он не досмотрел, не принял мер. Помню, как мама плакала, потому что нечем было кормить детей. Я считал это несправедливым не только по отношению к отцу, но и к другим пастухам и колхозникам. Правление колхоза могло просто лишить их зарплаты. Я решил, что вырасту и буду защищать интересы простых людей, как мой отец. Перед армией работал в колхозе пастухом и водителем. Вернувшись, услышал от отца: «У нас есть должность пастуха, останешься?» Я сказал: «Отец, я поеду в Уфу, устроюсь на работу». Скрыл, что хочу учиться. В Уфе жить было негде, ночевал на вокзале. Я подал документы в Башкирский государственный университет на юридический факультет — единственное тогда заведение в республике, где готовили юристов. Конкурс — 15 человек на место. По ночам разгружал вагоны, чтобы было на что купить еду. Готовился в парке, в библиотеке имени Крупской. Сдал экзамены на «хорошо» и «отлично», прошёл конкурс, поступил. Приехал домой. Отец спрашивает: «На работу устроился?» — «Нет, поступил учиться в университет на юриста». «А кто такой юрист?» — они даже не знали этого слова. Я объяснил. Потом уехал. Работы без прописки не давали, прописался в общежитии и устроился в Кировский народный суд рядовым сотрудником — понимал, что нужно нарабатывать практику. Учился и работал. Окончил университет. После этого работал в суде, потом мне предложили стать судьёй — отказывался, но уговорили. Я стал судьёй в Калининском районном суде Уфы. Проработал пять лет. За это время ни одного моего приговора или решения не было отменено. Рассматривал самые сложные дела. Меня уже согласовали на должность председателя суда одного из районов Уфы, однако потом предложили возглавить Федеральную службу судебных приставов по республике. Сначала не соглашался, но уговорили. Я основал эту службу в республике, создал отделы в каждом районе и городе. По оценке руководства, она стала одной из лучших, если не лучшей в России. Руководил ею 15 лет, потом был избран депутатом в Государственную Думу.

Законы для людей

– Какие принятые законы за Вашим авторством Вы считаете самыми важными? Вы добились сразу трёх важных инициатив для пенсионеров: служба в армии входит в страховой стаж, служба в зоне СВО — в двойном размере, сельский стаж от 30 лет даёт дополнительные выплаты. Уход за детьми тоже включается в стаж. Что стало толчком к работе над этими законами?

— Во время выборов в 2016 году люди говорили мне: «У нас есть лес, но мы не можем заготавливать дрова. Даже упавшее дерево нельзя взять — штрафуют на 5000 рублей. А если оформлять разрешение, надо ехать в районный центр, ходить по кабинетам, платить. Может, поможете?» Я пообещал заняться, рассказал коллегам: это проблема не только Башкортостана, но и всей страны. Давайте решать. Несколько депутатов собрались, разработали и внесли законопроект — я сам внёс его в Госдуме. Закон приняли, он эффективно работает. Бываю в селах, люди говорят «спасибо. Суть в том, что любой человек для своих личных нужд может пойти в лес и взять упавшие деревья без разрешений и оплаты. Это должно быть дерево, упавшее от ветра или снега, — называется валежник. Кстати, это не только для дров, но и для ремонта забора, дома, сарая, бани. Встречаю работников лесхоза, спрашиваю: «Закон мой работает?», отвечают: «Проблем не возникает. Когда во время рейда останавливаем машину у леса и спрашиваем: «Что у вас за лес?», люди отвечают: «Валежник», — и достают ваши разъяснения из карманов. Всё делают, как написано». Поэтому считаю, что закон полезен населению. Также люди просили установить ответственность за продажу суррогатных спиртных напитков — это большая проблема нашего народа. Я пообещал, и, придя в Госдуму, мы подготовили законопроект. Установили штраф от 30 000 до 50 000 рублей за продажу суррогата. Если наступили тяжкие последствия — сразу уголовная ответственность. Если в течение года после штрафа продажа повторилась — возбуждается уголовное дело. Раньше такой ответственности не было, и сейчас продажи суррогата стало намного меньше. Я рад, что смог это сделать по просьбе людей.

В Мелеузе на встрече с жителями один мужчина сказал: «Я хотел уйти на пенсию раньше по страховому стажу, но не получилось, потому что службу в армии не зачли». Обещал разобраться. Изучил: страховой стаж — это период, когда человек официально работал и поступали отчисления в Социальный фонд. При наличии 42 лет страхового стажа мужчины имеют право выйти на пенсию досрочно, женщины — при 37 годах. При службе в армии человек не работает, поэтому отчисления не производились, и этот период в страховой стаж не входил. Я выступил во фракции «Единая Россия» в Госдуме, сказал, что это несправедливо по отношению гражданина, защищавшему Родину и оставшемуся без страхового стажа, и такая проблема касается многих жителей страны. Коллеги согласились, мы разработали и приняли закон. Теперь страховой стаж начисляется всем, кто был в военной службе. Если вы служили и вышли на пенсию 3–6 лет назад, напишите заявление в Социальный фонд — пенсия увеличится. Также мы прописали, что служба в зоне СВО засчитывается вдвое или втрое в зависимости от места службы. Эти изменения служат людям.

Ещё один закон, который приняли по просьбам жителей. В Бурзянском районе женщина спросила меня: «Я хотела выйти на пенсию в 50 лет, у меня шестеро детей, но не смогла — не засчитали все периоды ухода за детьми». Я изучил: женщины имеют право выйти на пенсию в 50 лет при пяти и более детях и минимум 15 годах страхового стажа. За каждого ребёнка даётся полтора года стажа, но не более шести лет в сумме. То есть засчитывают только четверых детей, а на пятого и шестого уже нет. Несправедливо. Я встретился с министром социальной защиты, сказал свое мнение и он согласился. Мы внесли и приняли закон: страховой стаж начисляется на всех детей без ограничений. Кроме того, если рождается двойня, стаж удваивается — ухаживать за двумя сложнее. Та женщина потом позвонила, поблагодарила: «Я вышла на пенсию».

Природа под защитой

- Над какими ключевыми законопроектами Вы сейчас работаете в комитетах Госдумы?

- Я член комитета по экологии, охране окружающей среды и природным ресурсам. Веду законы о недрах, лесном хозяйстве и охотничьем хозяйстве. У меня большой опыт и знания в этой области. Сейчас активно работаю над законопроектом, который очень нужен для Башкортостана и всей России. Проблема в том, что предприятия, получая лицензию на разработку недр, обязуются провести рекультивацию земель после работ — будь то добыча камня, меди, золота или других ископаемых. Однако по окончании они этого не делают, потому что рекультивация требует расходов. Деньги заработали, бросили, ушли в банкротство или ликвидацию. А надзорные органы — Минэкологии РБ, Росприроднадзор — обязать их не могут: обязывать некого. Так поступают около 90% недропользователей. Остаются «лунные пейзажи», высыхают родники, люди недовольны — и это обоснованно. Я разработал законопроект, который сейчас на рассмотрении в Госдуме. Суть: не выдавать лицензию, пока предприятие не создаст рекультивационный фонд. Предприятие вносит туда деньги, они находятся под проценты в банке. Если оно провело рекультивацию, комиссия проверяет, и деньги с процентами возвращаются к нему. Если нет и предприятие исчезло — деньги переходят муниципалитету, и он проводит рекультивацию. Тогда у нас не будет испорченных земель и мы сохраним природу для будущих поколений. Противников много, в основном золотодобытчики: «Вы нас не любите, хотите задушить». Я предлагаю альтернативу: банковская гарантия. Не хотите класть деньги — дайте гарантию, что банк за вас проведёт рекультивацию. Я буду добиваться принятия закона. На днях правительство будет рассматривать мой законопроект с участием министерств и ведомств, я там буду выступать. Надеюсь, что поддержат и мы примем его в первом чтении на весенней сессии. Также готовлю законопроекты об усилении ответственности за незаконную добычу ископаемых и добычу с нарушением лицензии. Сейчас штраф — 5000 рублей. Нарушитель платит и продолжает добывать, зарабатывая 40–50 тысяч. Для них это ничтожные деньги. Должно быть жёстче. Предусматриваем: после штрафа повторное нарушение — уголовное дело и конфискация техники. Да, жёстко, но порядок навести надо.

— Вы продвигаете работу экологических инспекторов. Как движется работа? Могут ли простые люди влиять на сохранение экологии?

— Конечно, могут. Для этого мы приняли закон об общественных экологических инспекторах и дали им большие полномочия. Любой желающий может написать заявление в Росприроднадзор по Башкортостану, его поставят на учёт. После минимального обучения выдадут удостоверение. Инспектор имеет право выйти на место рубки или добычи полезных ископаемых, фотографировать, снимать видео, направлять материалы в контрольные органы и участвовать в рассмотрении дела. Если такие принципиальные люди будут, станет меньше нарушений и больше выявлений. За 2025 год не было ни одного нарушения, выявленного общественным инспектором. Это ненормально. Мы с «Советом мужчин» решили провести обучение для экологических общественных инспекторов, собрались около 200 человек. Обучение проводили специалисты Минэкологии РБ, Минлесхоза РБ, Росприроднадзора и природоохранной прокуратуры. Надеюсь, это поможет, и в этом году выявлений будет гораздо больше. Мы также объявили конкурс на лучшего экологического инспектора республики. Осенью подведём итоги и наградим победителей.  Если вместе будем работать, сохраним природу для потомков, детей и внуков.

Единый фронт

— Что для Вас сегодня означает лозунг «Всё для Победы»?

— Этот лозунг был всегда. Он звучал в 1812 году и во время Великой Отечественной войны 1941–1945 годов. Им жили наши предки — деды, прадеды и прабабушки, потому что если деды защищали Родину на полях сражений, то бабушки и прабабушки вязали носки, перчатки, собирали и отправляли на фронт продукты. Всё это было ради Победы. И поэтому мы победили. Если бы фронт и тыл не были едины, мы не смогли бы одолеть фашизм.

И сегодня, как сказал президент нашей страны, победить нас на поле боя невозможно, потому что мы едины. В Республике Башкортостан видим: наши ребята на фронте, а в тылу бабушки, матери — все оказывают помощь. Я общаюсь с бойцами, бываю у них. Они говорят: «У нас есть хорошее питание и одежда, но, когда получаем посылки из тыла, нам очень приятно. Мы чувствуем, что нас не забывают, поддерживают и ждут с Победой». Это единство всегда помогало нам и помогает сейчас. Победа будет только за нами.

Признание отцам

— Вы учредили медаль «Опора страны — Ил терәге». За какие заслуги и кому вручаете эту награду?

— У нас две награды «Совета мужчин» Республики Башкортостан. Одна — «Опора страны — Ил терәге», вторая — «За воспитание защитника Отечества». Первую мы присуждаем с 2020 года отцам, которые воспитали пятерых, шестерых, семерых и более детей и своим примером показывают, каким должен быть настоящий мужчина. Вторую награду вручаем родителям за воспитание истинных патриотов, например, если двое или трое сыновей находятся в зоне специальной военной операции и защищают безопасность нашего Отечества. К сожалению, есть и погибшие герои. Сегодня как раз вручал такие награды в селе Мраково Кугарчинского района. Я считаю, что эти родители достойны наград, они воспитали настоящих героев. Могли ли они не уйти в зону СВО защищать страну? Конечно, могли. Но не могли поступить иначе, потому что получили воспитание: это обязанность настоящего мужчины.

— Вы являетесь основателем Региональной общественной организации по повышению роли отцовства «Совет мужчин». Почему именно «Совет мужчин»?

— Женских организаций очень много, и это правильно — женщины более отзывчивы и легки на подъём. А мужских не было. Мы переговорили с другими субъектами: в России было несколько мужских организаций, но многие ликвидировались. Спрашиваю: «Почему?» Отвечают: «Мужчин тяжело поднимать». Но я уверен, что активные мужчины есть, и они готовы работать для народа, для родной земли. Мы создали республиканскую общественную организацию «Совет мужчин» Республики Башкортостан, меня назначили руководителем. Основная цель — мужчины должны идти впереди, инициировать вопросы. Издревле на Руси и в Башкортостане так было: мужчины собирались и решали важные вопросы. Это правильно. Роль отца в последние годы снизилась — дети много сидят в гаджетах, родители на работе. Это неправильно. Мы проводим туры с отцами и сыновьями: берём 50 отцов и 50 сыновей, уходим с ночёвкой в Бурзянский или Белорецкий районы и там их обучаем: работать с деревом, выживать в лесу, ориентироваться, добывать огонь, оказывать первую помощь, ездить верхом, ухаживать за пчёлами. Кроме того, благоустраиваем заброшенные захоронения участников Великой Отечественной войны. Более 6000 таких захоронений мы вместе с сыновьями, с участием волонтёров и администраций привели в порядок по всей республике. Некоторым установили новые памятники. Потому что лучше пойти и благоустроить одно заброшенное захоронение, чем просто говорить «спасибо» в День Победы. Это истинное спасибо и дань памяти предкам, защитившим Родину. Мы должны этому учить детей. Мы будем этим заниматься.

Уделяем внимание и экологическому просвещению. Взяли, например, озеро Талкас в Баймакском районе — некогда самое высокогорное и чистое озеро республики. Оно начало превращаться в болото. В 2020 году я собрал учёных, спросил: «Чем мы можем помочь? Почему так происходит?» Причин несколько: много мусора, мало поступает воды для питания, а век назад на берегу был сосновый лес — его вырубили. Мы начали работать вместе с детьми. Провели девять субботников, собрали 564 мешка мусора. Ежегодно приглашаем водолазов, которые вытаскивают со дна всё, что там есть, и вывозим это. Посадили 2400 сосен на берегу, огородили, каждый год досаживаем. Очистили и благоустроили четыре родника, питающих озеро. Когда начали копать, вода прямо забурлила, стала выходить в 5–6 раз сильнее. Мы облагородили края камнем, сделали ограждения, сток, крышу, скамейки, чтобы люди могли прийти. За два года вода заметно прибыла и стала намного чище. Вот что делает «Совет мужчин». У нас много таких проектов. Чистим родники там, где видим проблему — природе надо помогать. Также будем чистить озеро Аслы-Куль. Всё делаем со своими детьми, потому что за нас никто этого не сделает.

Оружие как память о службе

— У вас более двадцати медалей и знаков отличия от федеральных ведомств, два боевых именных пистолета, орден Салавата Юлаева. Какая награда для Вас самая дорогая? Не по статусу, а по душе, по воспоминаниям?

— Скажу честно: самые дорогие — два боевых именных пистолета. Я люблю оружие с детства. Когда я принял решение уйти со службы, это далось очень трудно. Меня не хотели отпускать. Несколько раз предлагали перейти в Федеральную службу судебных приставов в Москву на вышестоящую должность, но я отказывался — для меня дорога моя родная республика, хочу жить и работать здесь. Когда меня вызвали в Москву, у меня было именное боевое оружие, подаренное в 2007 году за достижения по службе. Директор и его заместители сказали: «Мы не хотим, чтобы ты уходил, но так сложилось. Ты много сделал для службы. Давай подумаем, какую награду тебе вручить. Все возможные награды у тебя уже есть. Мы знаем, что ты любишь оружие, но у тебя есть именное. Мы хотим сделать исключение — выбери любое оружие, и мы подарим».  Мне вручили именной пистолет отечественного производства. Для меня это самое ценное.

Атлетическое прошлое

— Вы активно занимаетесь лёгкой атлетикой, участвуете в марафонах. Какая самая длинная дистанция? Для вас это просто хобби или часть образа жизни?

— Профессионально заниматься атлетикой нет времени. Но время от времени участвую в забегах. Марафоны не бегал, но полумарафоны — 21 км 100 м — бегаю, когда проходят соревнования. Ни одного уфимского полумарафона за 10 лет не пропустил, ни одного сибайского полумарафона, ни разу не пропустил уфимский забег «Забег.РФ». Недавно пробежал Зелёный марафон в Уфе. Сам удивляюсь, почему даже без подготовки могу бегать. Наверное, потому что в детстве пришлось выживать — жить в лесу, постоянно бегать, верхом ездить по горам, пасти скот. Это осталось до сих пор. Поэтому я и сейчас скачу верхом на конных скачках, и бегаю полумарафон.

Пример детям

— Вы отец двоих детей. Какие ценности стараетесь привить детям? Что для вас важнее в воспитании: личный пример или разговоры по душам?

— Личный пример, в первую очередь. У меня дочь и сын, я горжусь ими — они самостоятельные, не избалованные. Сын учится очно на юридическом факультете УУНиТ и работает юристом, а в выходные ещё подрабатывает. В воспитании стараюсь показывать пример. Мы построили дом в моей родной деревне, на месте, где родился и вырос мой дедушка. Как только есть свободный день, всей семьёй — дочь, сын, жена Гульназ — едем туда, занимаемся деревенской работой. Ухаживаем за могилами отца, матери, бабушки, дедушки, благоустраиваем родник возле села: поставили беседку, чистим, сажаем картошку, косим траву. Держим пчёл — ухаживаем вместе с сыном. Мой сын умеет делать всё, что должен уметь мужчина, у него есть желание жить в деревне — это уже хорошо.

Малая Родина

— Что лично Вас связывает с городом Мелеуз?

— Мелеуз я считаю своим родным городом, городом детства. Я родился и вырос недалеко от Мелеуза, в детстве часто здесь бывал. Тут много родственников, друзей, односельчан. Я помню Мелеуз 50 лет назад, 25, 15 лет назад и сейчас. Он стал намного краше, лучше, комфортнее. Помню улицу Бурангулова в сторону автовокзала: в детстве там было много грязи, мусора, сидели сомнительные люди, пили пиво. А сейчас это красивое место отдыха для жителей и гостей города.

Доверие избирателей

— 39 074 человека в Салаватском округе сказали вам «да» на предварительном голосовании партии «Единая Россия». Это огромная поддержка. Каково это — идти на выборы осенью 2026 года не просто как кандидат от партии, а как человек, за которого уже проголосовали почти 40 тысяч земляков?

— Это дополнительная ответственность. Люди доверяют и я обязан сделать то, о чём они меня просят. Ежедневные встречи с людьми приносят новые предложения, я над ними работаю. То, что сейчас рассказал, — лишь часть моей работы.

Спасибо всем, кто отдал за меня голоса. Я буду работать, чтобы оправдать доверие.