Время героев

(Продолжение)

...Дома эту весть восприняли спокойно. Соберут, мол, в военные сборы да отпустят. А если понадобится, то снова призовут. Примерно так рассуждали все.

– Да не отправят на войну! Разве призывали резервистов в Афганистан или Чечню? Только профессиональные военные там участвовали, и то добровольно! И теперь так будет!

– Ну да! Путин просто хочет показать неонацистам, которые поднимают голову в Европе, мощь нашей страны! Мол, смотрите, сколько у нас солдат в запасе!

Так думали люди, и поэтому вечеринок, как на проводах в армию, никто не устраивал. Многие ребята время, отведенное на сборы, использовали на то, чтобы найти в магазинах вещи, указанные в списке: теплые камуфляжные куртки, балаклавы, берцы, спальные мешки, рюкзаки и так далее. Ну и необходимыми продуктами питания запасались. Однако были и те, кто через три дня пришел налегке, только с пакетами в руках, возможно надеясь, что после митинга их вновь отправят домой.

Утром 25 сентября площадь перед военкоматом напоминала растревоженный муравейник. Проводить каждого уезжающего, помимо жены, родителей и детей, пришли еще минимум пять-шесть человек родственников. Если отправляющихся было около ста человек, то провожающих было не меньше тысячи. И вся эта толпа заполнила не только площадь, но и соседние улицы.

Руководство, не ожидавшее такого количества провожающих, было несколько озадачено и обратилось в полицию: мол, надо будет поприсутствовать, и, если что, обеспечить порядок. Хотя и без их участия никто не собирался устраивать беспорядки. За исключением двух-трех человек, которые были навеселе и пытались развеселить остальных, все мужчины были спокойны, сосредоточены и задумчивы.

– Дорогие земляки! Резервисты, их жены, родители, дети и близкие! К вам обращаюсь я сегодня и испытываю глубокое уважение и гордость за вас! Все, кто сегодня встал в строй, – настоящие солдаты, защитники нашей страны! Вы – герои, которые сегодня отправляются на помощь братскому славянскому народу республик, желающих присоединиться к Российской Федерации! Кто же станет опорой и защитой для России и ее граждан, если не вы, прошедшие военную службу? Мы не можем оставить наших соотечественников в беде! Мы не имеем права бросить на произвол судьбы жителей Луганской и Донецкой республик, которые уже почти десять лет живут под обстрелами и в условиях блокады! – Слова военного комиссара, полные решимости и уверенности, затронули сердца всех, особенно тех, кто отправлялся на специальную военную операцию. Они готовы! У них есть армейская закалка! Кто-то год, кто-то – два, а кто-то и три года провел с оружием в руках, защищая Родину! В такие времена стране нужны именно такие воины! Кто еще, если не они? От этих мыслей у ребят загораются глаза, а сердца начинают биться быстрее. Скорей в путь, скорей в бой, чтобы скорее покончить с врагами, жаждущими крови!

С такими воодушевляющими мыслями, с песнями и плясками отправились в путь джигиты из Башкортостана... В далекий, неизвестный, трудный, но славный путь. Вернутся ли они обратно? Об этом никто из них и не задумывался... 

* * *

Под городом Н. прямо на глазах вырос целый городок из серо-зеленых, желто-белых палаток. Поляна наполнилась голосами людей, громко окликавших друг друга: одни искали земляков, другие – просто знакомых. То тут, то там звучала музыка, раздавался смех. Казалось, что люди на праздник собрались! На сабантуй!

С самого раннего утра у въезда в палаточный городок выстраивались автомобили торговцев, которые привозили продукты питания, одежду и обувь, и даже бытовую технику. Спиртные же напитки лились рекой.

Первые две недели люди праздновали — пили, пели, плясали, обнимались, а набравшись лишнего, устраивали драки. Никто не вмешивался, ни у кого до них не было дела, каждый был сам себе хозяином. Всё больше и больше стали слышны разговоры типа: «Нас, оказывается, не пошлют на фронт! Вот покажут по телевизору, какая огромная сила здесь стоит наготове, попугают Европу и отправят нас обратно домой». К этим разговорам прибавлялись другие, мол: «Гуляйте, мужики, пока есть возможность! Дома нас никто на халяву кормить и поить не будет!» Особенно для любителей выпить эти недели превратились в настоящий праздник.

Только к концу месяца, проведенного в этом городке, начала работать медкомиссия. Проверяли всех очень внимательно: выявляли людей с хроническими заболеваниями, наркоманов и тех, кто недавно перенес операцию. Таким сразу же указали путь домой. За ними отправились по домам отцы, у которых было трое несовершеннолетних детей (оказывается, появился такой новый закон). Зариф, как и двое его односельчан и несколько новых друзей, ни в одну из этих категорий не попал. Но они и не переживали по этому поводу. Мол, так и должно быть. Когда-нибудь и до них очередь дойдет. А к тому моменту может оказаться так, что это кровопролитие и закончится. Все ведь знаем, как Президент России делает всё возможное, чтобы урегулировать конфликт мирным путем, призывает противоборствующие стороны сесть за стол переговоров. Однако США и их союзники в Европе, привыкшие диктовать свои условия всему миру, не заинтересованы в переговорах. Им нужна ослабленная Россия. И они хотят добиться этого руками украинских неонацистов, предоставляя им финансовую и военную поддержку. Им то что? Ведь это не на их земле льется кровь, не их города превращаются в руины...

Для руководства НАТО главная цель – поставить Россию на колени, а то и вовсе уничтожить ее! Чужие слёзы и кровь, страдания сирот и вдов не имеют для них значения. Для них важны только богатства, земля, газ и нефть... В сердцах этих людей нет места человечности, милосердию, состраданию и любви. Они — палачи сегодняшнего дня. А оболваненный ими народ — это стадо зомбированных овец, которые идут туда, куда их погонят. Конечно, есть среди них и те, кто осознает происходящее, но никто из них пока не осмеливается сказать: «Король-то голый!».

Такие мысли придут в голову Зарифу лишь через полгода, когда позади будет немало испытаний и лишений.

* * *

Азаматов Зариф Арсланович с позывным “Лев” лежал на спине, подложив руки под голову и устремив глаза в небо. И казалось ему, что тут и небо другое, низкое какое-то. И облака не белые, а серые. И звезды маленькие, не яркие. А у него на родине все по-другому: небо синее-синее, облака – ослепительно белые, тучи же, наоборот, черные-пречерные. И звезды яркие. Почти две тысячи километров отделяют Зарифа от родного дома. И всё здесь для него было чужим. “Что бы я сейчас делал, если был дома? – вдруг подумал он. – Лежал бы в мягкой постели у мамы, ни о чем не думая? Или играл бы с сыном Замиром? Или мчался бы с друзьями на машине под орущую музыку в соседнее село к девушкам? Или сидел бы, уткнувшись в телефон, листая социальные сети, где больше бесполезной информации, чем полезной?”.

А ведь так и жил он совсем недавно. Беззаботно, не задумываясь о завтрашнем дне. А что? Еда – на столе, одежда выстирана, выглажена. Деньги – в кармане, друзья – рядом. Что еще нужно 25-летнему парню! Вся жизнь впереди. Он – пуп Земли, все кружатся вокруг него – молодого, красивого, счастливого. Казалось, что так будет всегда.

А сегодня Зариф внезапно осознал, что он одинок. Он почувствовал себя пылинкой в этом огромном мире. Если бы он вдруг исчез, пропал – никто бы этого и не заметил. Дни, недели, годы будут проходить своим чередом, люди будут создавать семьи, рожать детей, работать на заводах и фабриках, покорять космос...  И никто не обратит внимания на то, что Зарифа среди них нет...

От этой мысли сердце Зарифа учащенно забилось. Он резко поднялся с места, но сильная боль опрокинула его обратно на топчан. Оказалось, задумавшись, он совсем забыл о ране. Зариф устроился поудобнее и продолжил свои размышления о своем существовании.

Не-е-ет, он не может и не должен быть пылинкой! Для чего же жил он эти 25 лет? Его не должны забывать! Все должны помнить его и говорить, что был такой парень по фамилии Азаматов. Отличный был парень! Защитник Отечества! Хороший боец с позывным “Лев”!

А почему он в качестве позывного для себя взял это имя – “Лев”? Только ли потому, что отца звали Арслан? Лев то есть на русском. Лев – царь зверей. Разве Зариф не хотел быть таким же сильным, бесстрашным, как лев? Разве он не хотел быть опорой для своих товарищей, их лидером? Несмотря на боль в груди, Зариф поднялся и сел. Его руки были сжаты в кулаки, а сердце наполнялось решимостью и верой в свои силы. Он – человек, и пока жив, он должен бороться!

... Из Москвы они сначала ехали на поезде. Потом на какой-то небольшой станции их выгрузили, посадили в открытые кузова грузовиков и даже в тракторные прицепы, и привезли сюда, в какой-то лес.

Хотя назвать это лесом язык не поворачивается. Так себе редколесье. И ни одного целого дерева – все изрезаны, рассечены, расщеплены, расколоты осколками снарядов и пулями. Очевидно, здесь была ожесточенная перестрелка. И теперь и без того редкий лес кажется еще более редким. Спрятаться негде.

Неделю стояли они в этом лесочке, томясь безвестностью. Зачем они здесь? Что должны делать? Пойдут воевать, или это только учения? Вопросов много, но никто ничего не знает, никто ничего не объясняет. Даже лейтенант из запаса, назначенный командиром взвода, и тот не владеет информацией.

Хорошо хоть, что климат здесь мягкий, дни стоят теплые, хотя на календаре уже начало ноября. Спать ночью устраиваются кто как может: кто-то в палатках, кто-то в “спальниках” под открытым небом. Первое время питались сухпайками, но организм разве обманешь. Съездили в ближайший поселок, купили котлы, самодельные печки, чайники, посуду и все остальное. Продуктами питания запаслись. Про спиртное тоже не забыли... А где оно, там не только веселье, но и мордобои случаются.

В один из обычных вечеров пьяная перепалка между мужчинами переросла в драку. Еле разняли. Именно тогда, оттаскивая дерущихся друг от друга, Зариф, назначенный командиром отделения, своим бесстрашием сделал, кажется, первый шаг к завоеванию уважения товарищей. Все было уже успокоилось, как вдруг в руках молодого солдата с позывным “Художник” появился автомат.

Перевод с башкирского Фарита Муртаева.

Продолжение следует.