Бросок на Юг ...

    Мы в тоске и безнадёжности стояли, в ожидании неизвестно чего… а мимо не так уж часто, но ползли вверх… скатывались вниз разные грузовики… а то и «Волги», «Жигули» с «Москвичами»… у них-то всех двигатели были с водяным  охлаждением! Один из грузовиков – голубой самосвал ЗИЛ 130 – проскочив вперёд нас метров двадцать… остановился. Сдал немного назад, уперев колёса в каменный отбойник над пропастью… Шофер – молодой таджик – вылез из кабины широко улыбаясь, – родню встретил! – и подошёл к нам. Сумрачным и печальным.

– Так вы, вижу по номеру, из Башкирии! – радостно произнёс парень. – А я в Салавате служил, в стройбате… оттуда и жену себе привёз… башкирку!

    И уже серьёзнее:

  – Что стоим? Поломка какая?

      Выслушав наши стенания о плохой способности нашего транспортного средства в преодолении горных круч, махнул рукой, как бы отсекая и отметая все наши трудности и проблемы:

  – Какие дела! Давайте цепляйтесь к ЗИЛу… через десять минут будете на вершине перевала…

    Юра достал свой буксировочный трос — некую тонкую веревку, сплетённую из прядей какого-то искусственного материала… Пока разговаривали, пока цеплялись, наступила самая настоящая южная ночь – с плотной густой темнотой, высокими сочными звёздами на небе и желтыми мигающими огоньками автомобильных фар на петляющей трассе…

    Уселись в салон… уже в посвежевшем состоянии духа… ЗИЛ натянул   верёвку… сперва тихонько, потом наращивая и наращивая скорость, рванул на подъём… Юре оставалось своим рулём только поправлять линию движения, уберегая легковушку от тесного прижимания к горной стене и спасая от опасности свалиться в пропасть… И тут на крутом повороте случилось страшное: верёвка   лопнула, оборвалась… тягач продолжал свой бег в гору, а мы, прокатившись по   инерции вперёд пару-тройку метров вперёд, остановились… «Запорожец»  несколько секунд стоял на месте… потом медленно тронулся туда, откуда только  что появился – назад… к пропасти. Растерянные пассажиры его просто окаменели – ни звука от нас… ни движения какого и чем! Юра очнулся быстрее всех – стал пытаться включить скорость… хватался за рукоятку ручного тормоза – в безуспешной попытке спасти транспорт и себя от сваливания в бездну… Ничего путного у него не получалось и не выходило… машина, набирая скорость, задом мчалась к своей и пассажиров гибели.  Мне в те секунды представлялось –неминуемой гибели!

    Но случилось – и такое ведь бывает! – настоящее чудо: заднее правое колесо легковушки попало в глубокую промоину – глухой удар, потрясший машину, спас и машину и нас, почти трупов, в ней! Движение к падению прекратилось… через какое-то время отступил и страх, буквально сковавший наше сознание… Все по возможностям лёгких – с большим и меньшим шумом– выдохнули… Я через опущенное стекло двери пытался вглядеться в черноту и темноту развергнувшейся рядом с дверкой пропасти… с далёкими огнями на дне и боках горного провала… от страха вывалиться и улететь вниз даже и не пытался… даже и не помышлял открыть дверь и ступить на край отбойника… Боялись шелохнуться и мои попутчики…

     Через какое-то время – даже и знаю какое… в моём тогдашнем ощущении оно просто застыло…  остановилось — мы увидели ЗИЛ, спускавшийся к нам задним ходом…

  – Смотри-ка – живые и наверху! – обрадованно кричал нам высунувшийся из кабины таджик. – А я, когда увидел оборванную верёвку, так и подумал: ну, всё,  хана землякам  моей  Люции!  А вы, значит, удержались на дороге! То удача так удача!

     Меж разговорами шофер залез в кузов самосвала… выкинул из его нутра   длинный стальной трос с петлёй на одном конце, крючком на  другом… Петлю  накинул на форкоп ЗИЛа… крюком зацепился за буксировочный вывод   легковушки… И наша сцепка опять поползла кручёной тропой вверх, к перевалу  и на перевал… Самосвал не жалея сил и колес,  пер и пер нас в небесную  темноту… бросая не то, что камушки, но целые камни даже на капот «Запорожца»… непонятно,  как лобовое стекло ещё живым оставалось!

    На каком-то отрезке пути дорога пошла через каналы-тоннели, пробитые в снежных, ледовых стенах, высотой куда выше кабины самосвала… Снега находились в состоянии активного таяния… целые потоки стремительно мчащейся талой воды захлёстывали нашу машинёшку… накатываясь даже на крышу! Это было что-то фантастическое!  Юра сумел завести мотор, включить фары… но впереди ничего не было видно – ни буксировочного троса… ни буксирующего нас грузовика – всё покрывала и закрывала бешено мчащаяся и стремительно скатывающаяся вода… В   голове непрерывно билась только она разъединая мысль: только бы не отцепился трос… только бы не отцепился трос!

Через какое-то время водяные потоки стали как бы мельчать… слабеть… а потом и совсем как бы высохли – дорога шла уже через нетронутые теплом снежные завалы… Было ясно и понятно: скоро перевал! Зона непуганного ещё холода.   Капот, стёкла быстро покрылись ледяной коркой… в салоне становилось всё холоднее и холоднее… Но остановиться ради утепления своих измученных тел –да и душ тоже! – возможности не было… Такую возможность могла обеспечить одна только возможность – покорение вершины перевала!

    А на вершине во всю бушевала настоящая метель… Сквозь пургу еле проглядывались два домика метеорологической станции… качающийся на столбе электрический фонарь с желтым слабым светом… какие-то мужики в полушубках и унтах, махавшие руками друг перед другом.

    Мы с Юрой, дрожа от холода, вылезли из салона навстречу своему спасителю – он был уже в фуфайке и шапке – помочь расцепиться… поблагодарить за помощь, а фактически за спасение от неминуемой смерти…

Попытка Юры как-то монетизировать благодарность нашу – мы же знали уже про глубокий интерес южан к развитию товарно-денежных отношений, была с благородным гневом пресечена:

  – Да как можно… Люция, если узнает, что я взял деньги с её земляков, шкуру с меня спустит!

    В те минуты нам с Юрой было так приятно сознавать, что суровые женщины   сурового Севера способны навести порядок даже на самых южных окраинах великого государства!

    Простились со спасителем – не спросив почему-то даже имени его? – ЗИЛ не стал задерживаться на перевале, и сразу же исчез в ночи… лишь какое-то время мерцал где-то там, вдали, красный свет габаритов его… но тут же, и он растаял… на линии начавшегося спуска…

    Мы достали тёплые вещи, натянули на себя всё, что могли и что было… Юра разжёг обогреватель… тепло пошло в салон… на стёкла, которые тут же очистились ото льда…

     Спуск с перевала был куда круче подъёма, но это был уже спуск… С каждым поворотом ленты серпантина становилось всё теплее и теплее… стекла, капот были уже мокрыми от растаявшего льда… Наваливающееся тепло расслабляло… окутывало неодолимой дрёмой.  На одном из поворотов чуть не слетели с дороги – Юра просто-напросто уснул! Мой вопль: «Отворачивай… не то в пропасть сорвемся!» – привёл шуряка в чувство… он рванул руль влево… к спасительной стене…

    Дабы не испытывать судьбу, решили остановиться на одной из разъездных площадок… что б хотя бы немного поспать… ведь было уже далеко за полночь.

     Уснули все разом и без всяких там разговоров… не выбирая места и поз… Часа через четыре утреннее солнце разбудило умученных путешественников…  Со стонами выводили занемевшие члены свои из состояния занемевшего покоя… Торопиться было некуда и не за чем… в течение часа пришли в себя, попили чая… проверили самочувствие «Запорожца» и в совершенно хорошем состоянии духа тронулись продолжать свой мучительный пробег… спускаясь в Варзобское ущелье, от которого до Душанбе было около 60 километров… Всё самое трудное осталось позади… (Продолжение следует).

Владимир Каплин.

Фото из личного архива автора.